ПРЕССА О НАС

 

285145Интервью с пластическим хирургом Total Charm, директором клиники Азизяном Э.Г. (февраль 2016 г.)

 

FjEDhoYJ4A8Не секрет, что в последние десятилетия область пластической и эстетической хирургии стремительно развивается. Во все времена вопрос молодости остро волновал представительниц прекрасного пола. Наши прародители искали эликсир красоты, смешивая народные средства и передавая свои рецепты из уст в уста.

Однако, сейчас время не стоит на месте, и на смену народным рецептам пришли альтернативные методы омоложения. Мир эстетической медицины давно перестал считаться уделом избранных пациентов, и распахнул свои двери для всех желающих выглядеть привлекательно.

Как же разумно подходить в выбору той или иной косметологической процедуры, какие методы омоложения эффективны и безопасны, расскажет специалист по пластической, реконструктивной и эстетической хирургии, сертифицированный тренер методов нитевого омоложения Aptos международного класса, главный врач московской клиники авторских методов Aptos — Total Charm, Азизян Эрик Григорьевич.

Э. Г., Ваша профессиональная деятельность богата и активна, и Ваше имя зачастую можно встретить в составе спикеров различных международных мероприятий в сфере эстетической медицины. Расскажите с чего начиналась ваша профессиональная деятельность?

С мечты и работы над ее осуществлением. Важную роль в становлении меня как доктора стал выбор учебного заведения и, конечно же, звездный состав учителей. Получив образование в Московском институте медико-социальной реабилитологии на базе РГМУ имени Н.И. Пирогова, я окончил ординатуру и аспирантуру в РНЦХ им. Б.В. Петровского на Отделении пластической, реконструктивной микрохирургии Российского Научного Центра Хирургии РАМН под руководством академика РАМН, д.м.н, профессора Н.О. Миланова. Этих знаний хватило для начала профессиональной деятельности. Однако, быть пластическим хирургом сегодня – это значит непрерывно познавать, создавать и практиковать.  Чем, собственно, я с удовольствием занимаюсь, специализируясь на коррекции врожденных или приобретенных эстетических дефектов лица и тела, как методами классической пластической хирургии, так и малоинвазивными методами. Именно до костной части, потому что костная часть — это работа хирургов с челюстно-лицевой специализацией. Это важно различать.

Э. Г., что для Вас – пластическая хирургия?

Для меня пластическая хирургия – это и наука, и искусство, и любимое дело в совокупности, при том, что разделять их не надо, они друг друга дополняют. Сами посудите, как без науки возможно совершенствоваться в пластической хирургии, и как в нашей работе исключить творческую составляющую и любовь к профессии? Каждая операция или процедура омоложения – это творчество, подкрепленное фундаментальными знаниями, сделанная с душой профессионалами своего дела.

Как вы считаете, хирургическое вмешательство — это крайняя мера?

В некоторых ситуациях, действительно, классическая пластическая хирургия приходит на помощь, и является крайней мерой. Причин для этого достаточно: болезненный дискомфорт, как физический, так и моральный, который испытывает человек из-за недостатков в его внешности. Есть перечень показаний к крайним мерам – это явно выраженные возрастные изменения, быстрая потеря веса. В этих случаях кожа теряет свою упругость, и ей самостоятельно, либо при помощи косметологических процедур, восстановиться очень сложно, а порой невозможно.

Есть пациенты, которые имеют сильнейшие дефекты на лице. Эти люди не могут свободно вести социальный образ жизни, их внешность далеко не эстетична. К нам они обращаются за помощью в депрессивном и угнетенном состоянии. Таким людям в нашей клинике Total Charm специалисты оказывают помощь абсолютно бесплатно. Основная наша задача в таких неординарных случаях – благой исход и польза от процедуры в дальнейшем.

Однако, в своей практике я стараюсь максимально избегать крайностей. Так, например, парезы я корректирую применяя малоинвазивный (безоперационный) метод Aptos, исключая общий наркоз и длительную реабилитацию. Не так давно у меня была пациентка 45-ти лет, парез на лице которой мешал ей жить комфортно.  Мы провели несколько этапов коррекции пареза, и добились отличного результата. Я очень рад, что спустя месяц, она смогла реализовать себя: устроилась на высокооплачиваемую работу и ведет полноценный счастливый образ жизни.

Визитная карточка авторской клиники Total Charm — нити Aptos. И именно в московской клинике сети Total Charm были проведены первые разработки и внедрение новых технологий, применяемых в клинике. Расскажите о Тотал Шарм, и перспективах на будущее?

Total Charm — это авторская международная сеть современных многопрофильных клиник и группа профессионалов, во главе которого стоит мировое имя в пластической хирургии, автор — создатель бренда Aptos Суламанидзе Марлен Андреевич. Да, именно в стенах московской клиники внедрялись первые разработки по нитям Aptos, именно здесь царит атмосфера новшеств в области пластической и эстетической хирургии. В процессе наших инновационных разработок методов, мы наблюдали за пациентами, собирали консилиум и получали долгожданные результаты. Группа компаний, которая включает в себя сеть клиник Total Charm и научный центр «Аптос», получила со временем мировое признание. Компания «Аптос» c 1996 года производит уникальные продукты под торговой маркой Aptos®. Сейчас продукция и методы Aptos с успехом применяются специалистами в более, чем в 40 странах мира. На базе клиники Total Charm сертифицированные тренеры Aptos проводят обучения: авторские, базовые и интенсивные курсы, а также практические занятия для специалистов. В основном наши пациенты знают историю о Total Charm, как о детище Aptos.

Сейчас клиники Total Charm представлены в Москве, Батуми, Тбилиси и Валенсии. Клиника в Батуми интересна тем, что пациенты помимо запланированных процедур в клинике могут отдохнуть на побережье Черного моря, пользуясь оздоровительным комплексом, который включает в себя гостиничные услуги апарт-отеля.

В ближайшей перспективе намечено открытие обновленной клиники Total Charm в Москве. Будем рады видеть всех желающих на торжественном открытии. Следите за новостями на сайте клиники, где мы обязательно разместим информацию с точной датой. Для пациентов будет представлен не только новый облик клиники, но и обновленный перечень услуг, оказываемый нашими специалистами.

Какие процедуры клиники Total Charm наиболее востребованы и, как вы думаете, почему?

В клинике Total Charm мы предоставляем широкий спектр услуг по эстетической медицине. От инъекционных омолаживающих процедур, до нитевого лифтинга методом Aptos. Первичная консультация со специалистом Total Charm в дальнейшем определяет характер будущих процедур.  Все малоинвазивные процедуры довольно популярны среди наших пациентов. Во-первых, это менее травматично, во-вторых, специалисты используют местную анестезию, и в-третьих, плюсом служит быстрая реабилитация. Популярностью пользуется так называемая процедура «выходного дня», реабилитационный период которой после имплантации нитей Aptos длится 2-3 дня. Этот период может быть и увеличен в случае если пациенты игнорируют рекомендации врача. * До проведения какой-либо процедуры, необходимо проконсультироваться со специалистом нашей клиники.

На вопрос почему востребованы те или иные процедуры в нашей клинике легко ответить. Дело в медицинском персонале. В штате трудятся специалисты высшей категории, обученные методам нитевого омоложения Aptos и практикующие более 10 лет.  Специалисты клиники строго используют принцип «не навреди», хотя иногда пациенты просят закрыть глаза на противопоказания или на отсутствие необходимости проведения каких-либо манипуляций.

Э.Г., расскажите о пациентах вашей клиники. Кто основной пациент клиники, и с какими чаще всего проблемами обращаются? 

Большая часть пациентов – это, конечно же, представители прекрасной половины человечества.  В наше время женщины особенно тщательно следят за собой, стремясь к идеалу, и периодически пользуются услугами оздоровительных и косметологических центров. Но стоит заметить, что и мужчин в рядах пациентов стало значительно больше, их где-то 30% из 100. В настоящее время внешний вид мужчины обретает особое значение для восприятия его в обществе. Это понимают, как молодые люди, так и более зрелые мужчины. Если говорить о возрасте пациента, то тут границы стерты.

Подавляющее большинство пациентов обращаются с просьбой исправить недостатки – врожденного или приобретенного характера. Есть пациенты, кто обращается за помощью с тяжелыми последствиями после травм с выраженной асимметрией лица, или парезами. Главная задача доктора выслушать, правильно направить пациента, и по возможности помочь устранить эстетические недостатки.

Э. Г., были в вашей практике ситуации, когда вы отказывали пациентам в проведении процедуры?  Если да, то что послужило причиной отказа?

Да, такие ситуации были, и достаточно часто. Отказываю по многим причинам. Например, самый распространенный случай, когда у пациента есть какие-то нереальные ожидания относительно результатов операции, или же он хочет изменений, с которыми я не согласен. Кроме того, я ценю натуральную красоту, и всегда стараюсь ее сохранить. Раньше к пластическим хирургам обращались в основном женщины в возрасте за 40-50 лет, которые стремились выглядеть моложе своих лет. Возраст пациенток на сегодняшний день значительно помолодел, это девушки от 18 лет и выше. Зачастую отказываю юным особам. Переубедить несложно. Потому что приходят часто на эмоциональном подъеме, а задача доктора не исполнить прихоть, а оказать помощь. Когда в помощи не особо нуждаются, легко образумить. Не стоит в свои молодые годы ложиться под скальпель, чтобы немного измениться.

Можно ли, изменив внешность повысить свою самооценку, и могут ли повлиять эти изменения на жизнь человека?

Пластический хирург, корректируя внешность пациента, а также убирая эстетические недостатки тела, очень сильно может изменить его судьбу. Конечно, только к лучшему. Вы не представляете, насколько сильно меняется человек после операции! Помимо внешних изменений, даже пусть не значительных, у него появляется уверенность в себе, улучшается настроение, он полон позитива и энергии и, разумеется, это отражается на его отношениях с окружающими. Как правило, эти изменения обязательно влияют на отношения с противоположным полом, финансовую сторону и карьерный рост.

Многие клиенты выбирают клинику, ориентируясь на имя ведущего пластического хирурга? Как вы это прокомментируете?

Пациент выбирает того доктора, с кем ему комфортно общаться, и кому он может поведать свои переживания личного характера. И во взаимоотношениях пациента и доктора всегда должно быть взаимопонимание. Об этом я уже говорил. Сложившиеся отношения между пациентом и доктором –это всегда положительные результаты, поскольку они друг друга слышат. У пластического хирурга должно быть сильно развито внутреннее чутье, своего рода врачебная интуиция – ведь далеко не всегда пациент может абсолютно точно выразить словами то, что он хочет. И мы обязаны максимально правильно понять его, и выполнить его желание. Честность и откровенность между ними очень важны. Также, психологическая работа с пациентами, оказание моральной помощи. Как я уже говорил, сфера пластической хирургии – это искусство. Быть одновременно и врачом, и художником и психологом — удел пластических хирургов.


profi_magazineИНТЕРВЬЮ С СУЛАМАНИДЗЕ М.А. В СОВЕРШЕНСТВО PROFI, декабрь 2016,

САНКТ-ПЕТЕРБУРГ

Нитевые технологии: меньше бессонных ночей и больше благодарных пациентов

Марлен Андреевич Суламанидзе – легенда мировой эстетической медицины.Он – автор большого числа изобретений и инноваций, неутомимый пропагандист новых методов в пластической хирургии, ученый, умеющий в обыденном увидеть средства для достижения лучших результатов; наставник и учитель для многих ведущих специалистов не только в России, но и во всем мире. Сегодня Марлен Андреевич известен прежде всего как основоположник нитевых технологий в эстетической медицине. Поэтому наш разговор о том, как начиналось это популярное направление и какие пути развития ему предстоят.

 

sulamanidze-marlen-andreevich– Марлен Андреевич, сегодня нитевые технологии переживают всплеск популярности и становятся одним из базовых направлений эстетической медицины. А между тем, самим технологиям уже более 20 лет. Почему же внимание на них обратили именно сейчас?

– Это в России врачи относительно недавно «открыли» для себя нитевые методики. А сама технология была придумана нами еще в 1996 году. Но в то время никто в России не воспринял нас всерьез – все смотрели на Запад, перенимали зарубежный опыт, и никому и в голову не приходило, что полезные идеи могут рождаться и здесь.

Целых 10 лет я с сыном Георгием ездил по миру и пропагандировал нашу методику: нас приглашали на конгрессы, мастер-классы, показательные операции – мы побывали в 56 странах! У нас появились многочисленные последователи и ученики. Нитевые технологии доказали свою состоятельность и стали не просто популярны во всем мире, а вошли во все базовые программы омоложения и бьютификации.

И только тогда российские специалисты стали обращать внимание на «новую» технологию, которую во всем мире называли «русскими нитями».

Вот так начался нитевой бум в России, а врачи стали ездить учиться за рубеж – к тем, кого учил я, и к ученикам моих учеников.

– В чем кроется такая привлекательность нитевых технологий?

– Это именно то, чего давно не хватало эстетической медицине, – нитям нет альтернативы, потому что они выполняют задачи, которые не под силу остальным методам. Плюс минимальная инвазивность – тренд, на который сейчас ориентирована вся индустрия красоты.

Думаю, что ниша, которую заняли нитевые методики, будет сохраняться очень долго, до тех пор, пока не появятся какие-то совсем революционные технологии молекулярного уровня, какие-нибудь волшебные таблетки, при которых не нужны будут уже ни пластические хирурги, ни косметологи.

– Пока до этого не дошло, и производители нитей вовсю экспериментируют с формой нитей и их составом. Какие материалы кажутся вам наиболее перспективными?

– Когда мы только начинали, то сразу стали применять полипропилен – материал, который с успехом используется в хирургии уже лет 50. Он изучен, предсказуем, безвреден. Как хирург с 40-летним стажем, я хорошо знаю возможности этого материала, то, как он ведет себя в тканях на протяжении долгого времени.

Однако к середине 2000-х мы стали задумываться о биодеградируемых материалах, которые расширили бы область применения нитевых методик. И мои сыновья нашли материалы из L-лактида L-полимолочной кислоты. Но для чисто хирургических задач они не очень подходили, потому что слишком долго рассасывались. А вот для косметологии этот минус оборачивался плюсом – способность долго сохраняться в тканях позволяла нитям превосходно выполнять армирующие и лифтинговые задачи. Мы долго изучали имеющиеся на рынке материалы и пришли к выводу, что именно сочетание полимолочной кислоты и капролактона дает оптимальную структуру нитей – один компонент дает устойчивость к натяжению и относительно долгую сохранность в тканях, другой – эластичность и мягкость.

– В чем конкурентное преимущество нитей Aptos?

– Мы не стоим на месте, мы развиваемся, ищем новые направления. Для нас нити – это, прежде всего, сфера профессионального и научного интереса, а не средство для зарабатывания денег. У нас большая научная база, опыт, серьезные исследования. Мы тщательно изучаем опыт других и даже в критике стараемся найти рациональное зерно, чтобы сделать свою продукцию еще лучше.

Приведу лишь один пример: когда мы искали оптимальный материал для нитей Aptos Spring, то провели испытания 100 нитей со всего мира, замеряли их растяжимость в зависимости от времени и силы воздействия. В итоге выбрали лишь один, лучший образец. Вот так скрупулезно и ответственно мы подходим к созданию всех своих продуктов.

– Появление биодеградируемых нитей расширило сферу применения нитевых технологий и сделало их доступными для косметологов. Говорят, вы не сразу поддержали эту идею.

– Признаюсь, я довольно долго противился, но мои сыновья меня переубедили. К тому же в США я не раз видел, как хирурги выполняют многие сугубо косметологические процедуры, и такая тактика привлекает к ним больше пациентов.

К слову сказать, у нас многие хирурги поначалу были настроены резко против нитей вообще, а потом упрекали меня в том, что я лишил их работы, поскольку многие проблемы теперь можно решить, не прибегая к пластике. Я на эти упреки всегда отвечаю так: введите нити в свою практику, и у вас будет меньше бессонных ночей и больше благодарных пациентов.

Знаете, я даже провел анализ статистики. В 2002 году за 6 месяцев у меня было 28 операций по фейс-лифтингу.

А в 2008-м за те же 6 месяцев я провел 27 операций и более 300 (!) нитевых подтяжек.

То есть число пациентов увеличилось многократно. И это лояльные пациенты, которые, убедившись в эффективности нитевых методик, получив хорошие результаты, с большим доверием относятся к хирургу и затем возвращаются, чтобы пройти другие процедуры или операции.

 

obshhee-foto– А как вы относитесь к сочетанному применению разных технологий, в том числе к сочетанию нитей и аппаратных методик, контурной пластики?

– Опыт показывает, что содружество методик всегда приводит к лучшему результату. Поэтому с моими пациентами всегда работают и косметологи.

Например, отличный эффект дает введение ботулотоксинов за 7–10 дней до нитевой подтяжки лба. А сразу в день введения нитей проводятся аппаратная реабилитация, пилинги или гомеопатическая мезотерапия, в соседние зоны вводятся филлеры или проводится плазмолифтинг – все это ускоряет реабилитацию и приводит к более выраженному общему эффекту омоложения.

Мне нравится, что все больше врачей начинает признавать такой комплексный подход правильным и единственно возможным.

– Сегодня нитевых подтяжек по телу делают значительно меньше, чем по лицу. В чем причина – в высокой цене или в низкой эффективности?

– Думаю, в несоответствии ожиданий полученному результату. Мы проводили много экспериментов, и могу сказать, что на всех участках, где нити нельзя закрепить, эффект не долговечен и не впечатляющ. Дело в том, что тело все время в движении, и обеспечить нужную фиксацию нитей очень тяжело. Но процедуры на груди – исключение. Я провел уже более 400 операций по созданию так называемого «внутреннего бюстгальтера» с фиксацией нитей за ключицы и могу с уверенностью говорить – они дают восхитительные результаты! Правда, здесь, как всегда, важен правильный отбор пациенток – грудь не должна быть тяжелой и в то же время должен быть сохранен объем.

Работать с ягодицами сложнее.

Я перестал делать нитевые подтяжки – есть альтернативные методы, которые работают лучше.

А вот косметологи успешно работают по телу биодеградируемыми нитями, которыми армируют такие проблемные зоны, как живот, внутренние поверхности бедра и плеча.

– Существует еще одна методика, которая прочно связана с вашим именем, – это липофиллинг. Вы ее тоже активно продвигаете?

– Здесь я не могу не упомянуть моего друга и учителя, французского пластического хирурга Пьера Фурнье. Именно он является пионером липофиллинга, и этой методике я учился у него, а он у меня учился нитям. Липофиллинг – отличная и весьма перспективная технология, привлекательная прежде всего тем, что работает с бесплатным материалом, в изобилии «поставляемым» пациентом. Она отлично сочетается с нитевыми технологиями и вообще является воплощением истинного понятия скульптурирования в эстетической медицине: мы убираем лишнее там, где оно не нужно, и добавляем объемы там, где их не хватает.

При всей простоте и логичности этой методики самым важным остается момент подготовки жировой ткани и ее правильного введения – это требует от врача знаний и умений.

– Марлен Андреевич, вы автор большого количества патентов. Какими из них гордитесь больше всего?

– Наверное, первым, который был получен на проволочный скальпель.

О нем сегодня мало кто вспомнит, но в свое время это была весьма актуальная новинка.Если говорить о нитях, то важен мой российский патент на иглу с нитью с выступами, которую я предложил для зашивания ран в 1996 году, – именно он дал старт всей нитевой отрасли. Ну и особую ценность представляют два американских патента – это мировое признание наших достижений.

_mg_2497

300! розов хорошprewобложкаОбложка ЛНЕ 1 16